Важное



28 марта 2017, 12:07 $ 57,00 61,86 Погода в Саратове: +6, пасмурно
Мобильная версия

18+

Самая важная награда

Михаил Белоусов:

Больше всего сотрудник саратовского СОБР гордится золотой медалью своей дочери

Самая важная награда

21.03.2017 09:32 | 878

Если написать обо всех сотрудниках спецподразделений, погибших в годы чеченских кампаний и в ходе выполнения повседневных задач, не хватит никаких сил, а главное - мужества. Тех качеств, что есть у них в избытке.

Мертвым не больно, больно живым 

Алексею Полякову, сотруднику саратовского СОБР, отчасти «повезло»: из той последней для него командировки в горячую точку он вернулся без руки, но зато живой. 

18 ноября 2002 года «Урал» в сопровождении четырех БТР двигался в темноте. Несколько часов назад была получена информация о горной стоянке боевиков, пришедших со стороны границы с Грузией. В случае подтверждения, лагерь должен был быть уничтожен. Неожиданно, когда проехали село Татай-юрт Ножайюртовского района, раздалась автоматная очередь. Пули прошили кабину «Урала», в кузове которого находились 17 СОБРовцев. Затем послышался хлопок, выстрел из гранатомета. Машина перевернулась. Парень, сидевший перед Поляковым, стал падать вниз, туда, где был пол. Раздался хруст, скрежет. Затем все заволокло тьмой.  

Очнувшись, Алексей увидел месиво: «Урал» - вверх дном, люди на ящиках с патронами, ящики - на людях. Автомат, который держал в руках Поляков, треснул пополам, металл не выдержал. Человек выжил. Друзья вытащили его из-под груды боеприпасов, которые могли вот-вот сдетонировать. 

Судьба человека на войне - рулетка. Поляков остался жив. Его друг, лейтенант Валерий Гонин, ехавший с ним в одной машине, погиб.  

Алексей стоит у окна: прикуривает, держа сигарету в левой руке. Правую ему отняли в Хасавюрте в госпитале. Сразу после аварии в ладони уцелевшей руки, между раздробленных костей, зияла дыра с пятирублевую монету. Если поднять руку, можно было рассматривать небо. Дагестанский военврач сделал операцию, вживив металлическую спицу. Позднее, уже в центральном госпитале в Москве (там Алексей провел полгода), профессора никак не могли взять в толк: как же сделана эта операция? Такого же быть не может! Но хирург из Хасавюрта сделал невозможное - сохранил руку. Однако полностью восстановить работоспособность кисти не удалось даже в Москве.

Потом были Грозный, Моздок, Ростов... Те же капельницы, тот же промедол. Рядом лежали 18-19-летние «срочники», еще мальчишки, напуганные и обозленные на весь свет. Офицеры и те солдаты, кто постарше, держались спокойней. А в обед, как обычно, они кормили друг друга с ложки. Потому что на всех медсестер не хватало... 

Поляков продолжает курить и, разглядывая ладонь, снова вспоминает врача, в полевых условиях сделавшего уникальную операцию: 

- Это тоже своего рода подвиг. На войне их часто совершают, не задумываясь. Иначе - вечный страх и вечное сомнение.  

Высшая награда 

После выздоровления Алексею Полякову вручили медаль «За отвагу». И денежную компенсацию за потерянную руку. Плюс ежегодная пенсия по инвалидности.

«На жизнь хватает. Не бедствую. Вот подержанную иномарку купил», - говорит Алексей, кивая головой за окно. Из его двухкомнатной квартиры на первом этаже дома машина видна как на ладони.   

В принципе, он мог отказаться. Сослаться на жену, малолетнюю дочь Настю (сейчас она взрослая, учится на юридическом, а тогда ей было всего четыре года). В конце концов, можно было перевестись в другое подразделение или вообще уйти на гражданку. Уйти куда угодно, только не в Чечню, снова на мины, фугасы, под пули. Но когда пришло время, собрался и поехал. Потому что ехало все их отделение. Просто отказаться - значило струсить. Оставить кого-то умирать вместо себя. 

- Позор предательства страшнее смерти, - говорит Поляков и снова закуривает, после чего рассказывает про жену Татьяну.   

Ту ночь 18 ноября 2002 года она запомнила на всю жизнь. В 4 часа утра Татьяна вдруг проснулась и села в кровати. Сердце пронзила острая боль. В то время ее мужа как раз вытаскивали из-под машины. Но она об этом не узнала. Ни на это, ни на следующее утро - об этом позаботился сам Алексей, попросивший сослуживцев ничего ей не сообщать.  

 - Зачем ей лишние волнения? Я позвонил через неделю, когда лечащий врач поставил окончательный диагноз: «Буду жить». Татьяна не удержалась и тут же ко мне приехала, провела несколько дней. Кстати, поддержать нас, залечивающих раны в госпитале, приезжал и Дмитрий Певцов. Вот, гляди.  

Алексей достает несколько фотографий. Вот он - рядом с Певцовым. Следом - вместе с сослуживцами в кузове «Урала». А вот этот же «Урал», но уже на боку. После катастрофы, оборвавшей жизнь Валерия Гонина, а его, Полякова, лишившей руки.  

- Медаль «За отвагу» - твоя главная награда?   
- Она очень важна для меня. Но есть и другая, тоже очень ценная. Та, с которой моя дочь Настя окончила 11 класс.

Достав из серванта красную коробочку, он трепетно ее открывает:   
- Вот она, моя гордость.  
- Золотая?         
- Точно. Для меня как отца это высшая награда!  






Последние новости

Все новости за день