В Саратове очередной скандал с незаконным строительством. На въезде в пос. Юбилейный (кстати, недалеко от печально известных высоток «Новостроя XXI») застройщик возвел два смежных четырехэтажных дома на участке под индивидуальную застройку. 34 собственника купили квартиры в «таунхаусах» которые были воздвигнуты на едином фундаменте, в результате стройку постановили снести как незаконную. Жильцы домов решили не исполнять предписания суда и вступили в силовой конфликт с судебными приставами.
10 00. Вопросы есть. Ответов нет.
Многоквартирный дом спрятан в глубине поселка неподалеку от «совхоза Комбайн». Официально это два коттеджа (Питерская 16 и Питерская 16 А), но построены они настолько близко друг к другу, что логичнее называть их единым четырехэтажным жильем. За высоким забором, с благоустроенным двором и видом на лесистую местность, он вызвал, по словам собственников, ненависть и зависть владельцев соседних коттеджей. Найти здание удалось по двум машинам ППС. Сотрудники полиции стягивались на место, где ожидалось противостояние с судебными приставами, заранее. Стояли пару часов на утреннем осеннем холодке, курили и обсуждали что-то свое – ошибки в протоколах, шутки, семейные неурядицы. В десяти метрах от них шумели – два десятка человек скучковались возле единственного входа во двор «таунхаусов». Приставы на место еще не прибыли.
Общественница и правозащитница Светлана Мартынова активно обсуждает юридические тонкости противоборства собственников квартир с местным ТСЖ. Выясняет, почему же так вышло. Как обычно, все собственники утверждают, что регистрировали договора на новостройку в 2009 году в регпалате. Через пять минут выясняется, что, все-таки, это были договора инвестирования – т.е. люди просто скинулись и передали деньги некоему застройщику Грачеву, который и строил дом, точнее, по документам, два коттеджа. У этого мужчины в доме есть и своя квартира, однако замечен на месте он не был. «Спрятался, трус, и хвост свой не показывает уже давно. Только ночами приезжает, что-то обещает»,- говорит жительница дома Алена. Ей около 40, она то и дело начинает всем рассказывать, что чиновники все неправы. На вопрос о том, зачем они выплачивали деньги по рассрочке застройщику до сегодняшнего дня, если судебные проблемы начались еще в 2010 году, ответа нет. МММ живет и процветает.
Другой мужчина, Михаил, с сединой в волосах, дорогом, но пыльном пиджаке, призывает всех вспомнить книгу Достоевского «Бесы», утверждает, что «они все бесы – один отставной прокурор, другой судья. Как нам, простым, с ними бороться? Да и зачем им наши дома? Вот у меня есть коттедж еще, около Перинатального центра, там куча машин ездит, но я же не прошу снести Перинатальный?!»
Жильцы обещают подать в суд. В местный – на застройщика Грачева с обвинением в мошенничестве. В Европейский – за нарушение их прав. «Потому что нас здесь выселяют», - добавляет Екатерина, смуглая женщина с очками на остром носу. Приезжает скорая и еще 2 машины ППС.
10:20 Попытка локтями
Откуда-то из-за угла появляются судебные приставы. Людей в светло-зеленых рубашках много, чуть ли не больше, чем защитников дома. По громкому свисту Михаила жители встают около калитки, берут друг друга за локти, словно насмотревшись телевизионных новостей про митинги. Приставы пытаются прорваться, работают локтями. Слышен мат. Атака отражена, из пострадавших – лишь нервы женщин. Начальник Волжского отдела судебных приставов начинает доказывать собравшимся, что они не правы.
- Вы мешаете исполнению судебного производства. Вам дали 2,5 месяца на исполнение решения, затем дали еще отсрочку в десять дней, - говорит пристав, ему поддакивают подчиненные.
- Какие месяцы, какие десять дней?! Нам некуда идти, вы нас выселяете на улицу! Куда идти нам с детьми? У нас там дети! На улицу?
- На месте присутствуют органы опеки, сотрудники медслужб. Мы обязаны исполнить производство.
- Да какое исполнить? Вам сегодня заняться больше нечем? Вы мне исполнить 30 тысяч уже несколько лет не можете, а здесь спохватились! Понятно, что вам позвонили и надавили, но вы же люди, что же вы делаете?!
Пресс-секретарь службы судебных приставов области Владимир Моисеенко объясняет журналистам, что дом сегодня сносить не будут. «Просто сделают опись имущества и опечатают квартиры. Закроют сам дом. Если там есть дети, то на улицу их не выгонят – есть органы опеки, и если родители сообщают, что им некуда идти, то сопроводят в специальный центр. Жителей дома предупреждали о выселении, давали им время на исправление ситуации, на жалобы», - говорит Владимир.
Приставы решили предпринять еще одну попытку прорваться, однако криками, матюками и локтями их успешно прогоняют. Накинув куртки поверх формы, приставы берут таймаут, собираются на полянке неподалеку и вызывают коллег из областного управления и спецподразделений.
Полный мужчина в куртке с нашивкой «ДПС» подходит к жительнице дома, не принимавшей участие в «заслоне» и своим видом выражающей полное спокойствие, и шепотом просит: «Давайте только без палок и оружия. Еще этого нам не хватало». Женщина согласно кивает и подходит к приставам.
11:00 Правовой компромисс
Спокойная женщина и присоединившийся к ней мужчина в синем потертом свитере, активно жестикулируя перед носом невозмутимого пристава, пытаются что-то ему доказать. Выясняется, что женщина хочет повернуть силовой конфликт в правовое русло. Она связалась с заявителем иска, Александром Мельниковым, который является председателем ТСЖ, что обслуживает местные коттеджи. Якобы он находится не в Саратове, но уже отправил главе областных судебных приставов Ткаченко телеграмму с заявлением о том, что отзывает свои требования. Приставы связываются по телефону с Мельниковым, тот говорит, что не отзывает иск, а только предлагает отсрочку его исполнения. Приставы сообщают, что такой юридической нормы нет и дают жильцам еще десять минут на добровольный пропуск сотрудников в квартиры.
На место пребывает еще один представитель истца – гражданин Тимофеев, работающий по доверенности на ТСЖ. Он отказывается отзывать исполнительный лист. Пять женщин умоляют с криками и слезами его дать им отсрочку на пару дней, чтобы разобраться в ситуации. Тот немногословен. Дает понять, что не отзовет требования. Одна из женщин предлагает встать на колени и умолять его. Михаил, тот самый, в пиджаке, кричит, что Тимофеев дьявол. Тот отвечает, что ни в бесов, ни в дьявола не верит. Диалог продолжается полчаса. Мужчины плюются, курят и потирают кулаки. Женщины плачут и умоляют. Приставы молча наблюдают за сценой.
11:25. Силовые методы
По крику Михаила все бегут к калитке - на место прибыло спецподразделение приставов – крупные мужчины в черной форме, в касках, кевларе и с дубинками. У некоторых – автоматы. Жильцы сгрудились возле калитки, встали в «двойную оборону» - внешний ряд спиной к атакующим, внутренний – лицом к товарищам. Держатся за локти. Скандируют: «Фашисты! Фашисты!» На лицах многих улыбки. Раздаются угрозы вперемешку со смешками. 10 «судебных омоновцев» выстраиваются в колонны по двое и начинают подход. Улыбки стерлись. Звучит истошный женский крик.
11:29 Удары, захваты и наручники
Противостояние силовиков и жильцов началось с привычного давления массой тел. Крики женщин потонули в ругани мужчин. Затем приставы начали использовать дубинки, якобы обращая внимания на то, куда дотягивались их атаки. Один из приставов задел женщину, получил в ухо от одного из мужчин и в бровь от другого.
Силовики стали работать жестче. Оттолкнули кричащих и задержали бунтующих. Двое мужчин оказались на земле – первый, в черной куртке, сдался сразу, и лежал не двигаясь. Второй, в покрытой пылью и кровью белой рубашке, пытался вырваться и поэтому дышал песком, прижатый коленями приставов к земле. Его жена пыталась оттащить силовиков. Жену пытались оттащить приставы в рубашках. Наручники.
После этого силовой конфликт был исчерпан – женщины отошли в сторону и плакали, мужчины сгрудились возле калитки, но руки держали либо на заборе, либо по швам. После недолгой перебранки калитка открылась.
«Что будет с задержанными?» - интересуются журналисты
«С помощью полиции установим личность, выпишем протоколы. А там уже суд будет решать, какое наказание», - уточнил пристав Моисеенко.
Боевой дух жильцы не утратили, но обратили его словесно на представителя истца – Тимофеева. По закону, тот имеет право присутствовать при процедуре описи имущества, однако жильцы возмущались и не хотели пускать его во двор. Появление силовиков усмирило конфликт.
12:00 P.S.
Опись имущества продолжалась до глубокого вечера. Куда отправятся жильцы? По знакомым, в другое жилье, которое у всех, вроде бы, имеется. Приставы уверяют, что все осмотренные квартиры нежилые, там не закончен ремонт.
Почему так вышло, что люди оказались лишены своих квартир, в которых даже были прописаны? Как можно было ввести в эксплуатацию многоквартирный дом, построенный на земле по документам на коттедж? Ответы на эти вопросы могут дать только сотрудники правоохранительных органов. Но с официальными комментариями о причине возникновения такой ситуации выступать они не спешат.
Автор: Дмитрий Кузьмин
